За тобой - Лина Мур

– Плевать, – раздражённо передёрнула плечами. – У нас фиктивный брак и не более того. И это позволит мне поступить в художественную школу, ты будешь рядом, как и Эш. Ведь я больше никому не доверяю…

– Мари, – ласково сказала подруга и села ровнее. – Софи погибла, тебе больше нечего бояться. Никто тебя не тронет, возможно, пора тебе выходить на люди? Как тебе вариант пройтись по магазинам? Или сходить в кафе поужинать?

На секунду закрыв глаза, я тоже попыталась поверить в эти слова, но страх, сжал внутри всё и тело онемело.

– Нет, – выдохнула я. – Я не хочу есть. Хочу рисовать.

– Но как ты будешь ходить на занятия? Ведь в университете полно студентов, преподавателей и других работников? – Напомнила она мне.

– Я привыкну… наверное. Или буду брать уроки на дому тоже неплохой вариант. Он же так богат и обещал устроить меня в любой университет, – тут же нашла я вариант.

– А кто будет сопровождать Рикардо на приёмы, совместные ужины? Вы не всегда будете одни, будут его друзья, партнёры и просто знакомые. Или ты расскажешь ему о причинах? – Подливала масла в огонь Мили, а я снова закусила губу.

– Нет, никогда не расскажу ни ему, ни кому-то ещё. Это в прошлом, и я постараюсь… когда-нибудь у меня получится. Я привыкну, и он тоже, всё будет хорошо. Справлюсь, – заверила я собеседницу, хотя голос совершенно не подтверждал моих слов.

– Но розы были безумно красивыми, – улыбнулась Мили и мечтательно откинулась на спинку диванчика в спальне.

– Я сказала ему, что у меня аллергия на них, – тихо призналась я, а женщина раскрыла глаза.

– Ты что? – Хрюкнула она от смеха.

– Сказала, что у меня аллергия. А он, видно, разозлился, потому что тут же согласился на мои условия, – выдала я, и услышала громкий смех.

Меня смутила такая реакция, и я упёрлась взглядом в художественные принадлежности, ожидая, когда запал подруги сойдёт на нет.

– Анна, – в спальню постучалась мама, и Мили наконец-то зажала рукой рот, ещё хихикая.

– Да, – я подошла к двери и распахнула её.

Мой взгляд встретился с улыбающимся ртом, а затем с серыми глазами, которые не выражали ни скорби, ни слёз, никаких эмоций. Холодные и пустые, как обычно. Выбеленные волосы, аккуратно уложенные в замысловатый пучок, строгое чёрное платье от известного модельера, бриллианты на шее и в ушах. И куда же делась вечно плачущая мать, которая потеряла любимого ребёнка? Испарилась, потому что деньги замаячили на горизонте.

– Тебя просят спуститься вниз, я пришла за тобой. Приехал Олан и привёз готовый брачный договор, ты должна оставить свою подпись, – объяснила она своё появление, а я нахмурилась.

Ведь у меня вдохновение, я готова рисовать, творить. А меня прерывают! Нехотя кивнув, вышла из спальни, но мама остановила меня, положив руку на плечо.

– Анна, хотя бы переоденься, – критический осмотр выразился в отвращении на лице мамы.

– Мне и так комфортно, – сухо ответила я.

Да, моя футболка на три размера больше, чем я ношу, но в ней удобно. Да, она немного испачкалась в акварели вчера, но мне это нравится. Да, она пропахла лаком, но я кайфую от этого запаха. Да, мои леггинсы выглядят не новыми, потому что ношу их уже три года, и ничего не имею против. Я выгляжу так, как хочу и не собираюсь дома наряжаться как кукла.

Фыркнув, я обошла маму и спустилась. Из кабинета отца слышались голоса, и, сделав глубокий вдох, чтобы собраться, постучала в дверь.

– Анна, доченька, заходи, – сладкий голос папы заставил скривиться и подавить рвотные позывы.

– Добрый вечер, мама сказала, что мне принесли на подпись договор, – тут же приступила я к делу и улыбнулась адвокату семьи.

– Да, верно. Вот, – мужчина положил на стол папку, и руки отца потянулись к ней. – Нет, мистер Сальварес, только мисс Сальварес откроет её, таков приказ мистера Лока.

Отец бросил на меня злой взгляд, а я спокойно подошла к столу и взяла папку.

Достав листы, начала читать, и когда я дошла до своих условий, то на этом листе был наклеен стикер, прямо под графой о сексуальной стороне наших отношений.

«Я внёс свои коррективы в этот пункт. Не хотел бы, чтобы договор был нарушен, если мы не сможем друг друга контролировать. Если ты так в себе уверена, то подписывай. Если нет, то всё равно подписывай. Назад пути нет.

Твой будущий муж, Рикардо»

Мерзавец! Самовлюблённый гусь! Ну, погоди, я тебе не то, что не дам приблизиться к себе, я даже говорить с тобой не буду.

Взяв ручку, я поставила свою подпись, и договор был вырван из моих рук адвокатом, который уже укладывал его в портфель.

– Теперь, официально могу передать вам вот это, мисс Сальварес, и оповестить вас, что свадьба состоится первого июня в Лондоне, – мужчина положил на стол маленькую бархатную коробочку, а я сглотнула.

– В Лондоне? – Переспросила я. – А почему не тут? По нашим законам свадьба должна проходить в таборе.

– Да, Анна права, – поддакнул отец. – И нам перелёты обойдутся в кругленькую сумму.

– О деньгах не беспокойтесь, мистер Лок открыл счёт на имя мисс Сальварес, любой каприз и необходимые приготовления будут исполнены, – сообщил адвокат.

– И ещё одно, мисс Сальварес. Вы должны носить кольцо, не снимая ни при каких условиях, – мужчина сам открыл коробочку и продемонстрировал мне великолепие, которое переливалось и светилось как лампа Аладдина.

– Вау, – я не смогла подавить восхищённый вздох. Но страх, что могу его испортить, а потом ещё получу за это, заставил сжать губы и отойти. Да и, вообще, издавать такие звуки было свойственно Софи на побрякушки, но не мне. – Пусть лежит в сейфе, а когда буду выходить на люди, надену его.

– Нет, – категорично заявил мужчина. – Мистер Лок приказал, носить его не снимая.

– Я ещё не жена мистера Лока и не подчиняюсь его приказам. Поэтому передайте ему, что буду носить украшение, когда считаю нужным, – резко ответила я и развернулась, чтобы выйти.

Уже не слушая спор двух мужчин, я пронеслась мимо горничной, чуть не сбив её с ног, и залетела в свою спальню.

– Расскажешь? – Спокойно спросила Мили, сидя на том же месте и с тем же журналом.

– Нет, – буркнула я и скрестила руки на груди.

– Он приказывает мне! Мы что, в средневековье? Приказывает, видите ли! Козёл! – Разбушевалась я, начав метаться по всей спальне.

– Знаешь, я первый раз вижу, чтобы кто-то вывел тебя из себя. Обычно ты прячешься, а сейчас – сражаешься в открытую, – задумчиво произнесла подруга, и я остановилась.

– Тоже не узнаю себя, – согласилась я. – Просто не знаю, как по-другому. Слова сами срываются с языка, чувства не контролируются, и я боюсь, что превращаюсь в Софи.